Найджел Пенник
ИЗБРАННЫЕ ГЛАВЫ
*При использовании смартфона, рекомендуем располагать его горизонтально
1
Прикладное колдовство
Определения и практики
Маги стремятся не причислять себя к тому, что «хотелось бы», «могло бы быть» и «должно бы быть».
Магия является неотъемлемой частью культуры. Тем не менее, историки, которые не только не признавали ее эффективность, но и игнорировали тот факт, что в прошлом многие в нее верили, старались об этом не упоминать. Вместо этого, магия и оккультные практики, если о них все-таки говорили, изображались как пустые суеверия или непростительные, пугающие, обращенные к дьяволу ритуалы, которых нужно сторониться. Так говорили, чтобы читатель ни в коем случае не заинтересовался этой темой. Но тактика очернения магии и предостережения читателей не работала. Она лишь способствовала тому, что студенты, изучающие историю магических практик, переселялись в гетто, в то время как прочих исследователей проявлений человеческого неравенства, как например, войны или преступности, принимали с распростертыми объятиями. Магия оказала огромное влияние на жизни людей. Магия является неотъемлемой частью нашего культурного наследия: древние знания и умения, передаваемые из поколения в поколение, — универсальный ответ на все вопросы, известные миру.
Выражение «древние знания и умения», придуманное Джоном Николсоном в 1969 году в Кембридже, описывает теории и практики, а также духовное понимание того, как строить жизнь согласно истинным принципам. Способность применять эти древние знания и умения требует осознания своего места в многотысячелетней культуре. Необходимо понимать традиции своего народа, знания и практики, собранные бесчисленными поколениями предков, но при этом оставаться открытым новому и уметь успешно совмещать одно с другим. Древние знания и умения — вне времени, так как в их основе лежат универсальные принципы, и эти базовые законы существования и человеческой природы никогда не меняются. Западная оккультная философия воплощает в себе эти древние знания и умения. Ее тело состоит из переплетающихся между собой традиций, а также течений, которые, как и само понятие ведьмовства, и отношение к ведьмам, с течением времени только расширяются, развиваются и совершенствуются. Некоторые из тех, кого называли ведьмами, были всего лишь людьми, владеющими определенным мастерством, неизвестным остальным. Точно так же навыки работы башмачника, швеи, мельника или пахаря передавались от мастера к подмастерью внутри гильдий и братств. За исключением того, конечно, что ведьмовство считалось не столь нужным и полезным для общества.
Практикующих повседневную бытовую магию можно было найти в Англии XVII века, несмотря на Закон о колдовстве 1604 года[1] (см. главу 5). Так Роберт Бёртон в своей «Анатомии меланхолии» 1621 года писал: «Колдуны сегодня не редкость; знатоки, волшебники и так называемые белые ведьмы живут в каждой деревне и могут помочь избавиться от любого недуга тела и души»[2]. Бертон, конечно, относился к этим практикам неодобрительно, так как считал, что практикующие используют запретные силы, которые не должны использоваться для врачевания, руководствуясь принципом: «не совершай зла, даже ради добра». Однако, многие люди, не имеющие доступа к другой медицине, обращались за помощью к белым ведьмам, шарлатанам, волшебникам и знахарям, несмотря на их нелегальный статус.
Рис. 1.1. Изображение ведьмы, XVII век
Во втором издании «Диалектического словаря округов Мэнли и Коррингем, Линкольншир»[3] 1877 года его автор, Эдвард Пикок, дает следующее определение: «Белая ведьма — женшина, использующая свои заклинания с добрыми намерениями. С помощью магии она помогает тем, кто стал жертвой злого колдовства». (Те, кто практикует целительную магию, называются обычно ведуньями и ведунами). Достойное определение того, какими бывают ведьмы и чем они занимаются, было в ходу в Уэст-Кантри [4] в XIX веке. В своей книге «Кусочки и комочки»[5] (1900) Сара Хьюитт описывает три категории ведьмовства: черное, белое и серое. Черная ведьма была зловредной и приносила людям несчастья; белая ведьма, напротив, приносила добро и применяла свои силы для защиты от черной магии. В то же время, белые ведьмы зарабатывали своим мастерством: они брали деньги за снятие порчи.
Третья категория ведьм — серые, которых Хьюитт считала наихудшими из всех, так как они использовали и черную, и белую магию. Серые ведьмы могли наложить порчу, сглазить, проклясть, наслать на человека череду несчастий, но они же сами могли и лечить или способствовать удаче в делах своих клиентов. Описывая быт того же региона в 1899 году Х. Колли Марч определяет ведуний и ведунов как тех, кто безвозмездно помогает людям обезопасить себя от колдовства. Здесь как раз прослеживается разница между ведуньями и белыми ведьмами, которые, по определению Пикока, брали за свою помощь денежное вознаграждение. Хотя, конечно, каждый решал для себя, брать ли плату за помощь клиентам. Так, Тео Браун, описывая чародеев Девоншира [6], отмечает, что заговорщики бородавок, например, никогда не взымали плату, боясь, что это повлияет на их силы. Что, по мнению Брауна, говорит о новом витке развития «индустрии» — ранее белые ведьмы вели себя как настоящие профессионалы и всегда назначали достойную цену за свои услуги[7].
Помимо тех, кто открыто практиковал ведьмовство, ведьмаками называли также мужчин из Братства пахарей в их наряде на Пахотный понедельник [8]. Например, в Нортгемптоншире [9]: «Ведьмаки или так называемые ряженые, бродят по улицам с раскрашенными черным лицами». В Нортгемптоншире Пахотный понедельник также называли «Пахотным ведьмовским понедельником»[10].
Слова «ведьма» и «ведьмовство» хоть и являются однокоренными, не всегда несут одну и ту же смысловую нагрузку. Некоторые определяли ведьмовство как мастерство, присущее ведьмам, а тех, кто использовал магию для защиты от ведьмовских проказ, называли иначе. Другие же считали, что всех практикующих стоит называть ведьмами, делая некоторое различие, например, «белая ведьма» или «черная ведьма». Еще большую путаницу внес тот факт, что зачастую, те, кто сам практиковал защитную магию — и мастерицы и начинающие — не считали свои занятия ведьмовством. В 1705 году в своем произведении «Рассуждения о ведьмах» Джон Белл написал: «…сторонитесь дьявольских чар для людей и животных. Сегодня в мире слишком много колдовства. И когда вы стараетесь снять один наговор другим, позволяя заговорить себя с помощью пепла, снадобий, подков и прочего, вы лишь усугубляете ситуацию». В целом, определение ведьм как людей, принадлежавших к тайной организации, мешало дать определение народной магии, существовавшей повсеместно, а также практикующим ее и способам их работы.
Начиная с XVII века и далее собиратели информации о тех, кто практиковал в Британии прикладное колдовство в целом, или владел отдельными магическими навыками давали им разные имена: черная, белая или серая ведьма, ведунья, повитуха, мастерица, чародей, знаток, умник, доктор, ведун, колдун, ведьмак, волхв, магистр, волшебник, жрец, шарлатан, заклинатель, фокусник, кудесник, звездочет, целитель/целительница, травник, лекарь, жабник/жабница, коновал, седьмой сын седьмого сына, видящий духов, знахарь/знахарка и так далее. Названия, как видно, могли быть обобщающими для всех практикующих или, наоборот, подчеркивающими особенности их деятельности.
Помимо этих имен были и другие, более систематизированные и конкретные, например, мистики в христианстве и иудаизме, астрологи, чудотворцы, каббалисты и прочие, чьи практики выходили за границы канонов религии, а позже — науки. В обществе всегда ходили разные взгляды на веру, доктрины и магические практики, даже когда отступление от общепринятых правил жестоко наказывалось.
В то же время, люди занимались и откровенно преступной деятельностью: нарушали закон, занимались мошенничеством, вымогательством, обманом и взяточничеством. Они всегда отрицали свои умения, если подпадали под подозрение, и уходили от ответов. Также и обладатели особых знаний, которые приносили доход, власть или и то, и другое, никогда не открывали свои секреты. Им было выгоднее держать свои знания при себе. Эта таинственность одновременно пугала и притягивала людей. Кэтрин Парсонс, фольклористка из Кембриджшира в 1952 году подметила: «Ведьмам нравилось, что их ассоциировали со злом, так доверчивые платили за защиту от черной магии, а неудачи окружающих способствовали укреплению их репутации[11]. Случалось, конечно, и наоборот, людей, которые никогда не заявляли о наличии у них магических способностей, обвиняли в чужих несчастьях. Генри Лейвер, писавший в 1889 году об Эссексе [12] начала XIX века вспоминал матушку Каулинг, «старушку-божий одуванчик из Каньюдона[13], которой приписывали некие страшные способности и обвиняли, в том, что она насылала болезни на всех в округе»[14].
Рис. 1.2. Мумифицированная жаба в узелке,
Кембриджшир Негласным уговором среди жителей деревень было никогда не обсуждать ведьм и их способности, но это правило не распространялось на фольклористов, собиравших материал. В 1925 году старуха из Норфолка [15], которой заинтересовался фольклорист Марк Тейлор, прокляла его [16]. В свою очередь Парсонс в 1952 году написала: «Я бросила вызов ведьмам в 1915 году, когда прочитала свой доклад о ведьмовстве для Кембриджского общества антикваров. Это поставило под угрозу мое благополучие, ибо никто и никогда не должен говорить о ведьмах, если не хочет испытать на себе их умения»[17].
[1] . Witchcraft Act 1604 — третий в ряду законов о колдовстве, принятых Английским Парламентом, передал полномочия по судопроизводству дел о колдовстве гражданским судам. Ранее этим занимался церковный суд.
[2] . Burton [1621] 1926, vol. II, i, I, sub. I, 1926 ed., v. 2, 7.
[3] . A Glossary of Words Used in the Wapentakes of Manley and Corringham, Lincolnshire by Edward Peacock, 1877.
[4] . West Country of England — неофициальное название Юго-Западного региона Англии.
[5] . Nummits and Crummits by Sarah Hewett, 1900.
[6] . Devonshire — Графство в Юго-Западной Англии.
[7] . Brown 1970, 41.
[8] . Пахотный понедельник (Plough Monday) — первый понедельник после Двенадцатой ночи (двенадцатой ночи января). Праздник английских крестьян; день, знаменуюший начало весенних земледельческих работ.
[9] . Northamptonshire — графство в центре Англии, входящее в состав Ист-Мидлендс.
[10] . Sternberg 1851, 123.
[11] . Parsons 1952, 45.
[12] . Essex — графство на юго-востоке Англии.
[13] . Canewdon — деревня в районе Рочфорд, графства Эссекс.
[14] . Laver 1889, 29.
[15] . Norfolk — графство на востоке Ангии.
[16] . Taylor 1929, 126–27.
[17] . Parsons 1952, 45.